Нужна помощь

09:30 Дек. 15, 2015

Иван Козлов: Бесценные секунды детства

Когда мы слышим слова «неизлечимая болезнь», то по привычке думаем о смерти, а нужно наоборот, нужно научиться думать о жизни

Труднее всего было узнавать о состоянии детей, с которыми познакомился в прошлый раз. Я появлялся в зале незадолго до того, как начинался праздник, – то цирковое представление, то встреча с ребятами из футбольного клуба «Амкар», то скучный местный бизнесмен торжественно что-то говорил и вручал. Каждый раз у меня было время осмотреться и поздороваться с детьми. Некоторые из них, кто мог и хотел разговаривать, просили показать их фотки с прошлой встречи. Но пару раз случалось так, что детей, сфотографированных мной месяцем раньше, не было в зале. И вообще нигде не было.

Это происходило в Перми, в онкогематологическом центре имени доктора Гааза, лет пять назад. В этом центре лечат детей со злокачественными заболеваниями. Я не сотрудничал с ним системно, так, несколько раз приходил пофотографировать праздники и однажды написал о них репортаж в преддверии благотворительного концерта. У меня с тех времен осталось в архиве несколько снимков. На одном из них парень лет шести расправляется с ведром куриных крылышек из фаст-фуда. На другом три маленькие девочки играют в салки (в «гали»? в «сифу»? как это нынче называется-то?), бегают друг за другом, стреляя водой из пластикового шприца. Вот он:

Онкогематологический центр имени доктора Гааза, Пермь

Короче, в основном это веселые снимки, хоть и черно-белые. В Центре мне тогда сказали, что будет очень хорошо, если снимки окажутся веселыми. Почему? Потому что люди охотнее жертвуют деньги ради выздоровления детей. И нужно показать, что дети здесь поправляются. Никто не хочет инвестировать в смерть. Не ручаюсь за точность, но кажется, именно так мне и сказали: «инвестировать в смерть».

Наверное, это по-своему правильный подход (хоть и странно осознавать, что благотворительность бывает циничной). И конечно, пожертвованиями распоряжались профессионалы, поэтому деньги шли на нужды всех детей, – и поправляющихся, и тех, у кого не получалось поправиться. Вот только вторых мне мягко советовали оставить за кадром.

Неизлечимо больные дети, которым требуется паллиативная (то есть «поддерживающая», направленная не на лечение, а на продление жизни, заботу и уход) помощь, часто остаются за кадром. К сожалению, не в прямом (Бог бы с ними, с фотографиями), а в переносном смысле. Просто потому, что в России почти никто не знает, как с ними обращаться, почти никто не умеет им помочь. На всю страну только три негосударственные организации, которые занимаются паллиативом в полном объеме, и две из них – московские. Специальные курсы есть, но только для профессиональных медиков, да и то на самом поверхностном уровне, – как обезболить, как поддержать жизнедеятельность. Но паллиативная помощь – это ведь не только про медицину. Это большая и сложная тема, в которой сплелись психологические, юридические, социальные, этические вопросы.

СДЕЛАТЬ ПОЖЕРТВОВАНИЕ
Версия для печати
Другие статьи

comments powered by Disqus

Связь с эфиром


Сообщение отправлено
Система Orphus