• Светлана Журова «ПИДЖАКИ» 20.10.2016

    15:05 Окт. 20, 2016

    В гостях

    Светлана Журова

    депутат Госдумы, олимпийская чемпионка по конькобежному спорту

    В.КАРПОВ: В эфире программа «Пиджаки». У микрофона Владимир Карпов. И с нами сегодня первый заместитель председателя комитета Госдумы по международным делам Светлана Журова. Здравствуйте, Светлана Сергеевна.

    С.ЖУРОВА: Добрый день.

    В.КАРПОВ: Давайте начнём не столько с международных дел, а сколько с внутрироссийских, но имеющих отношение к спорту, так же, как и вы.

    С.ЖУРОВА: К международному спорту.

    В.КАРПОВ: И к международному спорту. Виталий Мутко теперь у нас вице-премьер, который будет курировать спорт и молодёжную политику. Новый министр спорта — Павел Колобков, в прошлом известный фехтовальщик. И пытаемся разобраться в этих перестановках. Во-первых, ваше отношение к тому, что произошло?

    С.ЖУРОВА: Дело в том, что уже года два назад начались разговоры — практически после Сочи, я бы так сказала, Олимпиады в Сочи — были разговоры о том, что для того, чтобы усилить направление подготовки к Чемпионату мира, должен быть вот такой вице-премьер отдельный, который будет наделён полномочиями в этой части и только этим заниматься. И плюс, конечно, спорт и всё то, что вокруг спорта. В принципе, это обоснованно и правильно. Просто это было бы тогда ко времени. Ну, видимо, сейчас это ко времени — остаётся до Чемпионата мира два года, во-первых. Во-вторых, ещё важное направление — это Фестиваль молодёжи и студентов, который тоже пройдёт в следующем году, и подготовка к Универсиаде, которая будет в 2019 году.

    То есть, если мы говорим про масштабные соревнования, на которых будут не только спортсмены, но будет приезжать ещё и огромное количество болельщиков. Поэтому для тех, у кого вдруг удивление вызвала тема туризма в полномочиях вице-премьера, то она абсолютно тоже обоснована. Это повышение въездного туризма. Потому что на таких мероприятиях, вот как они будут проведены, соответственно, какой резонанс от этого будет… А надо понимать, что Чемпионат мира по футболу — это не только Москва и Санкт-Петербург, а это ещё достаточно большое количество городов России, это передвижение болельщиков по России и знакомство их с нашей страной. Вот с каким впечатлением они уедут — после этого мы можем говорить в том числе и о развитии туризма, инфраструктуры и многих других, скажем, взаимосвязанных проектов с туризмом. Так же, кстати, как и молодёжь, которая приедет в Сочи, впечатлится или не впечатлится — и, соответственно, уехав в свои страны, она будет тоже рассказывать о том, что она увидела в России.

    Поэтому в этом смысле очень всё, наверное, продумано в плане выделения такой должности. И полномочия, которые этому человеку в ранге вице-премьера даются, они оправданы, они понятны. Ну и понятно, что я говорю про Универсиаду. Всё-таки Красноярск — это уже Сибирь, и это тоже открытие каких-то новых возможностей для России, чтобы увидели нас с другой стороны.

    В.КАРПОВ: Вы-то в комитете по международным делам какие-то предложения наверняка свои готовите. Ну, например, если говорить об иностранных туристах, которые должны массово приехать на те форумы, которые вы перечисляли — и Чемпионат мира, и Универсиада, и Фестиваль молодёжи, — то чаще всего претензии возникают уже на стадии получения виз.

    С.ЖУРОВА: Виз обычно на таких соревнованиях нет, там облегчённый вариант. Это было и в Сочи, люди не получали там визы. Там достаточно было определённых процедур, чтобы приехать.

    В.КАРПОВ: Как участники. А ещё болельщики.

    С.ЖУРОВА: Я про болельщиков и говорю. У болельщиков тоже совершенно облегчённый вариант. Это законодательно всегда закрепляется перед такими масштабными соревнованиями.

    В.КАРПОВ: Так, может быть, законодательно уже закрепить, чтобы вообще было просто получить визу Российской Федерации?

    С.ЖУРОВА: Дело в том, что это всё-таки симметричный процесс. Тогда, извините, у нас тот же вопрос к другим странам. Знаете, у нас же есть безвизовые пространства.

    В.КАРПОВ: Есть.

    С.ЖУРОВА: Про это и разговор. Почему мы должны в одностороннем варианте разрешать свободно заезжать тем или иным гражданам той или иной страны, а нам — нет? То есть у нас же есть с Латинской Америкой, со многими странами, с той же Турцией, ещё с рядом регионов. Кстати, туристически привлекательные, именно они в нас заинтересованы в том числе. Поэтому есть безвизовое пространство, где мы не получаем визы и они не получают визы.

    В.КАРПОВ: Но мы же заинтересованы в том, чтобы к нам ехали как можно больше и тратили здесь свои фунты, евро и прочую валюту.

    С.ЖУРОВА: Вы знаете, правда, есть политика, есть дипломатия, поэтому в этом отношении, конечно, здесь должны быть абсолютно одинаковое движение навстречу друг другу. Эти переговоры есть. Просто вопрос, что в той ситуации конфронтации, которая сейчас с рядом стран у нас возникла, я предполагаю, что ни для нас, ни для них это неприемлемо сейчас получается.

    В.КАРПОВ: Хорошо, тогда вернёмся к персоналиям — и Виталия Мутко, и Павла Колобкова. Начнём с Виталия Мутко. Вы говорите о том, что сейчас сознательно его поставили в ранг вице-премьера для того, чтобы усилить эту работу и тщательнее готовиться ко всем этим крупным форумам. Но много претензий и вопросов возникло к Виталию Мутко после проведения Олимпийских игр в Рио-де-Жанейро — ровно потому, что там не выступили некоторые наши спортсмены-легкоатлеты, туда не смогли поехать наши паралимпийцы, в Рио-де-Жанейро. И часть вины возлагали в том числе и на Виталия Леонтьевича.

    С.ЖУРОВА: Ну, её возлагали, исходя из доклада Макларена. Просто если бы этого доклада не было, достаточно странно было бы предъявлять ему эти обвинения. Вы знаете, дело в том, что… Я вообще считаю, что нам дают понять в этой ситуации очень важную вещь. Дело в том, что структура мирового спорта существует немножко по другим принципам, и поэтому наши принципы не очень им понятны. При этом огромное количество чиновников международного уровня, спортивных чиновников говорят о том, что…

    В общем-то, здесь есть такая ханжеская позиция: «Мы говорим, что в наших странах якобы влияние государства на процессы спорта нет, — хотя в каждой стране оно есть, так или иначе. — И мы об этом заявляем». Но все очень красиво это завуалировали тем, что передали полномочия в общественные организации, в том числе в олимпийские комитеты, в федерации национальные — и вроде как министерства спорта в других странах этим не занимаются. «А вот в России напрямую идёт поддержка…»

    В.КАРПОВ: Выстроена вертикаль подготовки спортсменов и прочее.

    С.ЖУРОВА: Да, выстроена эта вертикаль. И здесь эта претензия как бы возникает к Виталию Леонтьевичу по умолчанию: «Раз вы курируете эту тему, раз вы себе её забрали — значит, вы за всё ответственны». Хотя для меня объективно всегда было (ещё много лет назад я высказывала свою позицию), что это очень неправильно, когда министр спорта отвечает, начиная с детской спортивной школы, развития массового спорта и строительства инфраструктуры и заканчивая выступлением наших футболистов, хоккеистов и конькобежцев.

    При этом сегодня… Даже давайте говорить понедельно. Сегодняшняя неделя — мы выступаем хорошо. На следующий день какой-то хороший спортсмен заболел — и мы уже выступаем якобы неудачно. Хотя через неделю опять он выздоровел и опять выступает. И всё время виноват министр. Вот это совершенно неправильно! Потому что на нём…

    В.КАРПОВ: Ну, у нас так построена структура управления спортом.

    С.ЖУРОВА: Вот это и разговор нам всем на обсуждение, на будущее, потому что это неправильно. Нельзя каждую неделю министра снимать за неуспех или успех наших спортсменов. Его надо снимать за неподготовку резерва, за недостройку каких-то объектов, за некачественное развитие массового спорта и в целом эти стратегические задачи, которые стоят у страны. И плюс невовлечение в спорт детей, к примеру, хотя отчасти это полномочия ещё и Министерства образования.

    Поэтому вот это работа, за которую можно… Кстати, её можно оценить критериями. Там есть определённые критерии, по которым можно снять или не снять министра. В спорте эти критерии более размытые, потому что результат зачастую ещё зависит от обстоятельств, которые ну не могут никак влиять на снятие или неснятие министра. Это слишком странная система, она устойчивая. Почему во всём мире спорт высших достижений как некую такую аморфную, не поддающуюся зачастую анализу систему передают в общественную организацию, где этими процессами значительно легче управлять, чем на уровне государства? Потому что снимать министра каждую неделю — ну, это просто абсурд. Или даже каждый год.

    В.КАРПОВ: Хорошо. Но, как говорят в спорте, счёт-то на табло. И поэтому то, что произошло накануне Олимпиады и уже потом на Олимпийских играх, — это провал именно кабинетной борьбы. Виталий Леонтьевич — функционер. И здесь как функционер от спорта он полностью проиграл свою битву.

    С.ЖУРОВА: Дело в том, что эта битва политик ещё. В этот раз мы попали в ситуацию, в которой, наверное, со времён холодной войны мы не оказывались — может быть, даже хуже, чем тогда, на самом деле. Тогда были понятны хотя бы какие-то критерии, а теперь эти критерии размыты. И по обвинению практически одного человека и составлению доклада страдает коллективно вся страна. Причём заметьте…

    В.КАРПОВ: Это вы говорите про международное сообщество, которое осуждало деятельность Виталия Мутко.

    С.ЖУРОВА: Конечно. Иначе Мутко не обсуждался бы.

    В.КАРПОВ: А мы-то, болельщики, хотели…

    С.ЖУРОВА: Мы, болельщики, переживаем за Мутко только в части футбола всё-таки. Вы знаете, мы ему претензию эту…

    В.КАРПОВ: Мы переживаем за наших спортсменов. За Виталия Мутко мы, болельщики, не переживаем. В этом проблема.

    С.ЖУРОВА: Я опять же повторяюсь: наши спортсмены оказались заложниками (и я буду настаивать на этом) больше политики. При этом заметьте, ведь Томас Бах всё равно стоял на своём. Сейчас он выступал на ПАСЕ, и даже там, как бы ни давили на него, как бы ни пытались… Слушайте, куда дошло — украинская сторона ему предъявила бои без правил среди детей. Ну, это уже вообще достаточно странно. Он на них, видимо, посмотрел и сказал: «Ребята, вы вообще о чём?» И опять обвиняют Россию, надо же здесь даже нас пнуть обязательно. Поэтому Бах и сказал… Его начали упрекать: «Как же так? Вы не отстранили всю сборную России от Олимпиады!» Он сказал: «Я стоял и буду стоять на своём — нет коллективной ответственности в олимпийском движении, каждый должен отвечать, в принципе, за себя».

    И вопрос с Мутко тоже такой расплывчатый становится. Почему? Дело в том, что ведь в той ситуации, которая сложилась, виновата отчасти Федерация лёгкой атлетики. Но Федерация лёгкой атлетики — это общественная организация. Вот в чём загвоздка. На неё государство начнёт влиять — и те же западники начнут кричать: «А, государство влияет на общественную организацию!»

    Вот почему и я говорю, что управление спортом высших достижений должно быть в Олимпийском комитете. Потому что когда делают это олимпийские комитеты во всём мире, такого визга не стоит по всему миру. Как это так, общественная организация? На общественную организацию может влиять. А вот государство на общественную организацию влиять напрямую не может.

    В.КАРПОВ: Всё равно это похоже на какую-то ширму, потому что кто барышню обедает, тот её и танцует. Если государство выделяет нашим легкоатлетам средства на их подготовку, то это уже есть влияние.

    С.ЖУРОВА: Так во всём мире выделяют государства на подготовку тех или иных организаций, но по документам они (государства) отношения не имеют. Вот здесь была наша ловушка, в которую мы попали.

    В.КАРПОВ: Хорошо, давайте поставим точку в дискуссии вокруг Виталия Мутко. Мы снимаем, вы лично снимаете с него ответственность за произошедшее на Олимпийских играх в Рио-де-Жанейро или нет?

    С.ЖУРОВА: Ответственность лично Мутко?

    В.КАРПОВ: Да.

    С.ЖУРОВА: Слушайте, это общая ответственность. Значит, мы где-то вместе проворонили. Я просто не знаю его взаимоотношений… Реально я не знаю, я не могу поэтому сказать. И правда или неправда в докладе Родченкова? Я же не знаю их взаимоотношений — что там, как они там доказывают друг другу, был ли у них контакт, какое-то общение и договорённости, выдумки это или нет. Мы по ту сторону находимся, мы не знаем об этом, поэтому обвинять или не обвинять я не могу и не имею права. Потому что иначе я просто голословно обвиню человека. Поэтому обвинения на самом деле основывались только на этом.

    В.КАРПОВ: Но при этом вы рассчитываете на него именно в ранге вице-премьера?

    С.ЖУРОВА: Потому что слишком большие задачи стоят, здесь стратегические задачи уже стоят. И понятно, что можно сказать: «Ну а как же наши спортсмены?» — и так далее. Но опять, вы понимаете, даже адвокаты, даже защита спортсменов — это должно было идти из Олимпийского комитета.

    В.КАРПОВ: Точку поставить не удалось. Хорошо, Павел Колобков, новый министр спорта. Что у нас за новый министр спорта?

    С.ЖУРОВА: На самом деле я думаю, что в ближайшие два года, наверное, каких-то кардинальных изменений в спорте, скорее всего, не произойдёт, потому что мы, как и многие страны мира, живём политическими периодами — от выборов до выборов президента. И даже если какие-то глобальные изменения происходят в отраслях целых, то они связаны с этими фактами. И поэтому приход новый людей, например, даже в то же правительство при смене президента или не смене его — соответственно, в этот период начинаются какие-то совершенно новые подходы и так далее.

    Поэтому, в общем, наверное, в этой ситуации неправильно настраиваться на то, что за два года что-то произойдёт. На это время должен быть человек, который не разрушит то, что было наработано. Я не говорю сейчас… Можно сказать: «А что наработано? Наши спортсмены чуть ли не лишились Рио-де-Жанейро, а наши паралимпийцы не поехали на Паралимпиаду». Но в то же время ведь и у того человек, который сейчас, это Павел Колобков, у него задача — сохранить то, что есть, и развить это всё. И по возможности, наверное, подготовить почву, если она нужна, для каких-то кардинальных изменений, о которых я сказала. Например, даже вывод спорта высших достижений из-под ведомства Министерства спорта, потому что за этим идут финансы, за этим идёт серьёзное принятие документов, и в одночасье такие вещи не делаются. Если такое решение в принципе будет принято.

    В.КАРПОВ: Судя по вашим словам, оно как будто бы готовится.

    С.ЖУРОВА: Нет, это абсолютно моё мнение, это вообще моё мнение. Возможно, никогда этого и не будет. Я говорю как эксперт сейчас, как человек, который прожил в спорте, какое-то достаточно долгое время тренировался за рубежом тоже и видел, как это происходит.

    Могу сравнить эффективность той или иной системы управления спортом. Мне видится, что эта система более эффективна во всех отношениях, потому что когда привлекаются внебюджетные и бюджетные деньги вместе (Министерство спорта это делать не может, а Олимпийский комитет может), то тогда происходит усиление финансирования, в том числе спорта. И эти упрёки в том, что спорт высших достижений сидит на шее только у государства, особенно актуальны сейчас. И наверное, вопрос перевода его в небюджетную сферу — это было бы тоже правильно.

    Но в одночасье, я говорю, это не решается, иначе мы просто разрушим годами выстроенную систему, и пострадают наши спортсмены. Поэтому надо тоже аккуратно к этому вопросу подходить, к таким революциям. Это моё мнение эксперта. Если все эксперты как-то скоординируются, вместе скооперируются, то, возможно, придут к каким-то таким более значительным выводам.

    В.КАРПОВ: Попытаюсь суммировать сейчас прямо сходу ваши тезисы. У меня получается следующая картина. Павел Колобков, несмотря на все его спортивные заслуги, всё-таки больше воспринимается вами лично (возможно, и в мире спорта — спортсменами, спортивными функционерами) как некая техническая фигура, которая поставлена для того, чтобы потом отчитываться перед Виталием Мутко, который будет вице-премьером, курирующим спорт.

    С.ЖУРОВА: Слушайте, ну тогда можно сказать про каждого министра, что он является таким неким вообще ничего не значащим человеком, из любой отрасли, который отчитывается перед вице-премьером, а в первую очередь — перед президентом.

    В.КАРПОВ: Мы не про любого, мы про Павла Колобкова.

    С.ЖУРОВА: Дело в том, что Павел достаточно долго уже работает в Министерстве спорта в ранге зама. Наверное, вы заметили, что вбросы были разные, кто может стать министром, но кандидатура Павла практически никем не называлась.

    В.КАРПОВ: Нигде не фигурировала, да.

    С.ЖУРОВА: Но очень часто назывались спортсмены, олимпийские чемпионы. Причём заметьте, общество спокойно как-то на это реагировало. И такой, наверное, аналитический был сделан анализ, предполагаю: раз общество нормально реагирует — значит, в принципе, олимпийский чемпион уже может быть. Хотя у нас был — Вячеслав Фетисов. И тоже, кстати, в то время достаточно позитивно относились к нему как к главе агентства. Поэтому, в общем, здесь, наверное, тоже из всех замов или кандидатур, которые рассматривались, Павел был самой приемлемой.

    И давайте я сейчас предположение одно сделаю. Есть у Павла ещё один очень большой плюс. Вчера, может быть, кто заметил, не заметил, когда было его назначение, встреча с президентом и премьером, Владимир Владимирович его спросил: «А каким видом спорта вы занимались?» Я уверена, что президент знал, каким видом спорта он занимался, но спросил, видимо, умышленно — для того, чтобы это было озвучено. Павел был фехтовальщиком.

    В.КАРПОВ: Шпажистом.

    С.ЖУРОВА: Да. Кто есть Томас Бах? Он олимпийский чемпион по фехтованию. Предполагаю, что, в общем-то, в какой-то степени… Мы сейчас с вами наш разговор начали: как мы будем выстраивать наши отношения с международной общественностью? Так вот, как у фехтовальщика с фехтовальщиком больше будет понимания у Баха с Павлом? Наверное, да, отчасти. У нас ещё есть Алишер Усманов, который является президентом международной федерации. Я считаю, что фехтование в этот раз на Олимпиаде было показано великолепно. Оно и представлено было великолепно, и вообще интерес — даже мировой — к нему очень вырос.

    В.КАРПОВ: Плюс медалей там достаточно завоевали.

    С.ЖУРОВА: Поэтому если мы говорим про вопрос мягкой силы и вопрос переговоров… Потому что всё-таки все эти вещи — это спортивная дипломатическая стезя. И в этой части мне кажется, что Павел очень хорошо вписывается, потому что надо договариваться. Мы сейчас никакими насильственными способами ничего здесь не решим. Это тонкая материя, и к ней надо подходить тонко. Поэтому я вижу оправданно назначение Павла, даже в части вида спорта, которым он занимался до этого и в котором олимпийским чемпионом он является.

    В.КАРПОВ: Как некая компромиссная фигура, которая точно не будет совершать революцию, будет действовать в том фарватере, который уже есть. Ну и за два года вряд ли какую-то революцию он успеет совершить.

    С.ЖУРОВА: Зато он её сможет подготовить, я надеюсь.

    В.КАРПОВ: Посмотрим. Сейчас резюмируем. Значит, у нас Виталий Мутко нужен в качестве вице-премьера для того, чтобы усилить работу по подготовке важных спортивных (и не только спортивных) мероприятий, которые в ближайшие несколько лет произойдут. Дальше. Павел Колобков, новый министр спорта в Российской Федерации, — фигура, от которой точно не ждут революции, но который важен, в том числе как переговорщик с Томасом Бахом, тоже фехтовальщиком. Это примерно так, да?

    С.ЖУРОВА: А вы не хотите это упрощать? Вы хотите усложнить это всё?

    В.КАРПОВ: Нет, наоборот, я сейчас это резюмировал для того, чтобы дать уже возможность нашей аудитории подключиться к дискуссии и задать свои вопросы. Напомню, с нами сегодня Светлана Журова, первый заместитель председателя комитета Госдумы по международным делам. Телефон прямого эфира: 73-73-948. SMS: +7 925 88-88-948. И наш Telegram работает: govoritmskbot. Слушаем сейчас внимательно, вы в эфире. Здравствуйте.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Алло. Здравствуйте, Владимир. Здравствуйте, Светлана.

    С.ЖУРОВА: Добрый день.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это Сергей, Москва. Знаете, что я хотел сказать? Смотрите, вы просто сейчас так говорили почти 26 минут (я слежу за вашей речью), всё так точно, точно, прямо так красиво, ярко! Ну правда, у вас так поставлена речь, что ни к чему не придерёшься. Но вы понимаете, что речь идёт о личности Мутко? Когда вам вопрос задал Владимир, вы не то что лукавите, а вы просто с точки зрения чиновничества не будете сейчас в эфире говорить своё мнение искренне, а где-нибудь на кухне вы скажете. Но вы же понимаете, что народ-то по-другому смотрит на личность Мутко?

    В.КАРПОВ: Спасибо.

    С.ЖУРОВА: Я думаю, что народ смотрит по-разному. И опять же, наверное… Знаете, Макларен, который делал доклад по нашим антидопинговым всем этим скандалам, сказал буквально недавно Виталию Смирнову, который к нему поехал, будучи председателем комиссии: «Вы знаете, я об этом ничего не знаю». Как «не знаю»? Вот у меня вопрос. Он отразил какие-то факты, рассказал о том, что делает Россия. Слушайте, я клянусь, я уверена, что…

    Вот было интервью ARD Мутко — более часа. Причём я уверена, что видели, видимо, только русские, потому что то, что он там говорил, корреспондент немецкий этот вообще слышать не хотел, хотя он говорил о серьёзных шагах. А видел ли это интервью тот же Макларен, который не собирался приезжать в Россию и сказал, что он туда не поедет, ему не надо? Хорошо, сейчас ему донесли это. Просто, видимо, вопрос какой-то личностный: «Вот не хотим Мутко, и всё». Но мы-то не должны этому поддаваться отчасти. Опять же я говорю, что у многих людей…

    Понимаете, у Мутко Виталия Леонтьевича есть один момент — футбол, который в этой части очень сильно его тянет назад. Это моё мнение. Почему? Потому что то, что касается развития спорта — и введение такого понятия как «базовые виды спорта», строительство инфраструктуры, в целом привод сюда за эти годы достаточно масштабных соревнований — много было сделано. Но это часто всё перекрывалось футболом.

    В.КАРПОВ: Ну и Олимпийскими играми в Рио.

    С.ЖУРОВА: Да. А так как футбол, в общем-то, социальное явление, и большинство болельщиков в нашей стране больше интересуются футболом, нежели чем-либо другим, поэтому, конечно… Вот если бы он сейчас полностью ушёл от футбольной темы… Например, давайте гипотетически это предположим. Мутко значительно…

    В.КАРПОВ: Почему? Уже сегодня новость пошла, что он может покинуть пост в РФС.

    С.ЖУРОВА: Ну, мы слышим, что возможно… Нет, не может, а это он обсуждает. Поэтому давайте говорить о том, что если бы у него не было футбола, я думаю, что как раз как управленцу, занимающемуся именно развитием спорта, к нему вопросов было бы значительно меньше. Потому что вернулось ГТО, вернулись ещё какие-то вещи, которые хорошо работают.

    В.КАРПОВ: Для вас это важнее, чем то, что произошло в Рио?

    С.ЖУРОВА: Для меня важно. Вы знаете, а я вам больше скажу: для многих людей важнее, как развиваться будет массовый спорт. И когда говорят про Рио, они говорят: «Слушайте, а сколько мы уже будем говорить?» Мне важнее как спортсменке Рио. Но зная, что мне говорят люди… Им не всем так важно было Рио, как развитие в целом. Поэтому эти вещи, конечно, нужно разделять. И здесь, я опять же говорю, министр любой, кто бы он ни был — Мутко или какой-то другой — является заложником системы управления спортом в нашей стране.

    В.КАРПОВ: 73-73-948. Слушаем вас. Да, здравствуйте, Алексей.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Володя, добрый день. Это Фрог. Здравствуйте, Светлана.

    С.ЖУРОВА: Здравствуйте.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Вопрос из области социальной психологии, что называется. Вот вы говорили недавно о том, что как бы Мутко персонально, может быть, даже не виноват, а надо, так сказать, сделать так, чтобы мы все были виноваты. Ну, вы прямо так и сказали, что мы все виноваты.

    С.ЖУРОВА: Виноваты те, кто спортом занимается, а не болельщики, конечно.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Вы сейчас поймёте, о чём я хочу сказать. Проблема в том, что Россия так устроена, что это патерналистская страна. А патернализм обратной стороной медали своей подразумевает, что персональная ответственность вышестоящего начальника никуда не исчезает. Ровно поэтому масса русских людей смотрят на Мутко и говорят: «Товарищ, ты же виноват персонально, потому что страна патерналистская. Ты же взял на себя ответственность за судьбы? Взял. Так будь добр нести ответственность».

    А с другой стороны, вы сказали о том, надо нам всем разделить эту ответственность. В советское время был такой принцип: виноваты все — значит, не виноват никто. Понимаете, какая штука получается? То есть на самом деле концов нет, крайних нет. Понимаете, вот русский народ стоит, а ему говорят: «Ребята, у вас были надежды, на нас вы возлагали? Ну, извините, утритесь, это наши проблемы». Вот где корень проблемы, понимаете? Вот где корень недовольства.

    В.КАРПОВ: Спасибо, принимается.

    С.ЖУРОВА: Да, понятно…

    В.КАРПОВ: Светлана, давайте так. Сейчас просто уже время новостей подошло, поэтому на вопрос Алексея мы ответим уже после информационного выпуска.

    С.ЖУРОВА: Хорошо.

    В.КАРПОВ: С нами первый заместитель председателя комитета Госдумы по международным делам Светлана Журова. Новости.


    НОВОСТИ


    В.КАРПОВ: В эфире программа «Пиджаки». У микрофона Владимир Карпов. И с нами сегодня первый заместитель председателя комитета Госдумы по международным делам Светлана Журова.

    До новостей был задан вопрос Алексея. Алексей говорил о том, что так устроена наша страна, так устроено наше общество, что мы живём в таком мире патернализма, в котором должна быть персональная, личная ответственность, иначе у нас не получается, мы всегда вынуждены искать того человека, который отвечает за то или иное деяние, за тот или иной провал.

    С.ЖУРОВА: Дело в том, что, как я и начала говорить, случай с Виталием Леонтьевичем такой достаточно сложный оказался, потому что в других ситуациях, наверное, министра бы, скорее всего, уже сняли или сказали, чтобы он сам подал в отставку — ну, каким-то образом подтолкнули бы к этому. Но так как на нём сейчас действительно завязано очень много тем важных на уровне государства, провал этих тем критичен для России, поэтому в этой ситуации…

    Вот если бы (я гипотетически сейчас говорю) президент FIFA или какие-то люди, которые имеют отношение к FIFA, сейчас сказали: «Нет, мы Мутко вообще видеть не хотим никаким образом», — то тогда, наверное, всё могло бы быть по-другому. Но так как сейчас ему оказана поддержка в этой части, то до проведения Чемпионата мира это человек, которому доверяет эта организация. А мы с ними вместе проводим Чемпионат мира по футболу. Вот пока эта связь будет существовать, я думаю, что Виталию Леонтьевичу ничего не грозит.

    В.КАРПОВ: При том, что довольно негативное отношение к нему со стороны болельщиков?

    С.ЖУРОВА: Только из-за футболистов.

    В.КАРПОВ: Его отставка чревата ещё большими проблемами для организации этих мероприятий, для организации Чемпионата мира в частности. Я правильно вас понял?

    С.ЖУРОВА: Да, я про международные вещи. Потому что нам угрожают и нам намекают, что, возможно, нас лишат Чемпионата мира. Но при этом не стоит же знак «равно»: «Это вам грозит, если вы не снимете Мутко». Я предполагаю, что если бы поставили вопрос так, то, наверное, сейчас было всё совсем по-другому. Но он является ключевым человеком, которому, я так понимаю, FIFA доверяет. И в этой части он взял на себя какие-то очень серьёзные обязательства в том числе. И пока он их не исполнит, он и сам, видимо, не имеет права… Кто знает? Мы же не знаем, мы сейчас только догадываемся. Может быть, он сам является заложником этой ситуации.

    В.КАРПОВ: Я не знаю, можно ли это рассматривать как письмо в поддержку Виталия Мутко: «Оставьте в покое уже в конце концов Леонтьевича! Нормальный мужик. Футболистами нужно деньги самим платить за участие в играх. Выиграли — значит, заработали. Нет — значит, нет. Как в казино», — пишет 74-й.

    С.ЖУРОВА: Ой, у футбола проблемы значительно глубже. Я не знаю, как Виталий Леонтьевич как президент будет ими заниматься, потому что у нас, у всех болельщиков (в том числе я сейчас тоже как болельщик), есть много вопросов к нашему футболу.

    В.КАРПОВ: Мы Демократической Республике Конго уже уступаем в рейтинге FIFA. Вы слышали, да?

    С.ЖУРОВА: Да, 53-е место мы занимаем.

    В.КАРПОВ: Да, что-то в этом районе. Опускаемся всё ниже и ниже, антирекорды устанавливаем.

    Я предлагаю пойти дальше, но недалеко уходить от футбола. Есть история, которая вызвала такую дискуссию общественную. Наши футболистки, женщины, которые поехали в Иран участвовать там в товарищеских играх со сборной этой страны, и выступали там в хиджабах — ну, в полностью закрытой одежде, где только кисти рук были открыты, и собственно лицо. До этого была схожая история с шахматисткой США грузинского происхождения Нази Паикидзе, которая отказалась ехать в Иран после того, как ей выдвинули одно из условий, заявив, что она должна будет сидеть за шахматной доской ровно в таком одеянии. И развернулась дискуссия: кто правее, кто левее в данном контексте? Или наши футболистки, которые согласились на подобного рода форму одежды, или шахматистка из Соединённых Штатов, которая отказалась от участия в турнире из-за этого?

    С.ЖУРОВА: Я скажу своё мнение, у меня оно действительно уже давно сформировалось. Там даже первоначально не она, не только грузинская шахматистка, но там ещё ряд европейских стран, которые тоже сказали, что если их спортсменки попадут на чемпионат мира, то очень вероятно, что они откажутся от участия. И вокруг этого было бурное обсуждение.

    Что я хочу сказать? Есть разница, очень серьёзная разница в подходе. Даже так, как вы прочитали эту новость… Её можно читать по-разному. Так вот, когда это товарищеский матч, это выбор самой страны, спортсменок, что они туда едут или не едут. Они могут не поехать на этот товарищеский матч — и ничего не случится глобального. Причём некоторые эксперты говорили: «Подождите секундочку, ведь уже проводили некие турниры по шахматам в Иране, где женщины играли в хиджабах — и ничего страшного не было».

    Вот здесь я хочу сделать водораздел. Это были турниры по выбору самого спортсмена, едут туда они или нет. Возможно, там платили какие-то деньги или не платили, но это был их осознанный выбор. Так же, например, если женщина-турист поедет в Иран, она должна и обязана одеть хиджаб, иначе она просто туда не едет, потому что это опять же её выбор — ехать туда или нет. Так вот, когда проводят чемпионат мира, то этого выбора женщине не дают.

    В.КАРПОВ: То есть она обязана.

    С.ЖУРОВА: Конечно. Потому что чемпионат мира — это другого уровня соревнования. И поэтому когда той или иной стране, где есть такие правила достаточно жёсткие, ставящие в очень неудобное положение участниц… Нужно ли давать этим странам такие соревнования? Турниры — пожалуйста, никаких вопросов. И я здесь даже слова не скажу. Возможно, если бы я сама, грубо говоря, участвовала в турнире, я бы сказал: «Да не вопрос, я выбираю».

    А вот чемпионат мира… А если у тебя есть некие убеждения? Если ты ярый христианин, который считает это неприемлемым для себя? Почему мусульманин ярый считает для себя приемлемым бороться за свои права в Европе, одевая хиджаб, а почему христианин не имеет права это делать, когда приезжает в арабскую страну?

    В.КАРПОВ: Или атеист.

    С.ЖУРОВА: Или атеист, да. Поэтому это очень сложный вопрос. И конечно, при выборе страны надо эти нюансы учитывать. И вы заметьте, что я не говорю, что вообще никак, нет. Я говорю только про такого уровня официальные соревнования. Поэтому, конечно, надо было очень аккуратно смотреть на эту тему. Или тогда есть ещё вариант… Хотя, наверное, он невозможен, но отчасти. Там есть такой вариант, что когда женщины играют в закрытой комнате и не будут в этой комнате присутствовать мужчины, то тогда…

    В.КАРПОВ: И телетрансляции тоже не будет.

    С.ЖУРОВА: Ну, не знаю. А почему телетрансляции не будет? Телетрансляция будет. Почему? Они же в закрытой комнате. Мужчины напрямую их не видят. Ну хорошо, а тогда зачем в Иране транслируют вообще все соревнования, где женщины выступают не в хиджабе? Надо запретить срочно в Иране их транслировать.

    В.КАРПОВ: Я не знаю, насколько это соответствует действительности, но это уже стало таким интернет-мемом, когда показывали эти телетрансляции с закрытыми, заблюренными различными частями тела, с Олимпийских игр в Рио-де-Жанейро.

    С.ЖУРОВА: Вот пусть они тогда так и блюрят. А я тогда предлагаю как альтернативу: ну хорошо, проведите те матчи, встречи, где женщины не хотят принципиально одевать хиджаб, за закрытыми дверями. Люди в соседней комнате, мужчины смотрят это по видеотрансляции. Хотите — закройте это. А весь мир будет смотреть нормальную трансляцию. Ну, как компромисс. Это моё предложение.

    В.КАРПОВ: Хорошо, а если бы вам в то время, когда вы активно выступали, предложили принять участие в соревнованиях где-нибудь в Исламской Республике Иран и сказали бы: «Ваша одежда слишком вызывающая, нужно что-нибудь посвободнее», — вы бы поехали на эти соревнования или нет? Вот лично вы.

    С.ЖУРОВА: Лично я бы поехала, потому что я в этом ничего не вижу, потому что я уважаю отчасти культуру этой страны. Но я в том числе уважаю права тех, кто не хочет это делать. Вот это очень важно. Это выбор каждого человека. Если ему не дают права для этого выбора — значит, это нарушение его права. Вот этим девочкам на чемпионате мира это право не дают. А вот когда они участвуют в турнире, это право есть — она может поехать, а может не поехать. Ничего страшного здесь не случится. Чемпионат мира ждут слишком сильно, и это слишком рейтинговое и важное соревнование для каждой спортсменки, чтобы её ставить в такие невыгодные, неправильные условия.

    В.КАРПОВ: То есть принуждение — это неправильно. А конкретный выбор… Вот Светлана Журова сама бы не отказалась от участия в турнире на таких условиях, если это традиция…

    С.ЖУРОВА: Этой страны.

    В.КАРПОВ: Хорошо. Я бы хотел и слушателям тоже этот вопрос задать. Вы считаете, что действительно это нормально — страна, которая принимает важные соревнования, сама может определять?

    С.ЖУРОВА: Уточню. Но если при этом меня заставят снять крест — вот это уже перебор.

    В.КАРПОВ: Хорошо. Вы скорее на стороне наших футболисток? Ну а что здесь такого? Они приезжают в Иран, участвуют в турнире на условиях принимающей страны. Да — 134-21-35. Нет, вы полагаете, что это какая-то принципиальная позиция, спорт должен быть вне политики, вне религии — тогда это 134-21-36. Нужно это отстаивать на всех международных форумах, что такого быть не должно — это 134-21-36. Голосование началось. Префиксы в том и другом случае — 8 495. Ещё раз напомню. Здесь ничего страшного нет, это традиции той страны, которая принимает те или иные соревнования — 134-21-36. И нет, нужно с этим как-то бороться — это 134-21-36.

    Светлана Журова с нами. Телефон прямого эфира: 73-73-948. Несколько звонков по этой теме примем тоже. Слушаем вас. Алло. Здравствуйте.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Я бы хотел вернуться к проблемам российского спорта.

    В.КАРПОВ: Давайте.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Западные товарищи нам наглядно на примере FIFA показали, во что превращаются организации, настоящие серпентарии, в которых люди сидят десятилетиями. Понимаете? А вот вопрос ещё, к футболу относящийся. Госпожа Журова вообще знает, сколько людей в начале девяностых было убито, связанных с футболом российским? Я могу ей списочек зачитать.

    В.КАРПОВ: Весь списочек? Вы уверены, что он будет полноценным? Это неважно. Вопрос-то в чём?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Вопрос в том, что сейчас в нашем российском спорте очень много людей, которые раньше были связаны непосредственно с криминалом. А вот началось-то всё как раз с господина Тарпищева, которого вы сейчас опять куда-то продвигаете.

    В.КАРПОВ: Слушайте, или вы как-то странно нас слушаете, или…

    С.ЖУРОВА: Тарпищев — это не футбол, а теннис. Ну, там имелся в виду Национальный фонд спорта, насколько я понимаю. И там действительно были… Я тогда была спортсменкой и, скажем, только опосредованно имела понимание того, что там происходило. Не надо тут говорить, что тупые спортсмены ни в чём не разбираются и не понимают. Наверное, в этот период спортсменам… есть такие темы, было не очень правильно… И у нас вообще в стране многое что происходило по тем принципам, которые сейчас были названы. В общем-то, к сожалению, погибло много людей — и не только в спорте, а вообще в отстаивании целых отраслей.

    В.КАРПОВ: И около спорта.

    С.ЖУРОВА: Вот занять нишу. Чтобы занять нишу, надо было кого-то убить. Ну, слушайте, мы сейчас дойдём так, извиняюсь, и до Ходорковского, и до всех остальных, похоже.

    В.КАРПОВ: Меня правда сейчас испугало ваше заявление, потому что я начал думать, как вы отбирались на важные международные соревнования. Неважно, да.

    С.ЖУРОВА: Ну да, видимо, по ходу «заровнять» кого-то надо было. Нет, конечно, всё через спорт. Но тут ведь вопрос в деньгах. И опять когда мы говорим про такие вещи, у нас всё сводится к футболу, потому что самые большие деньги крутятся именно там. И даже если говорить про какой-то возможный криминал, это не имеет отношения к нашим милым и замечательным видам спорта — коньки, фигурное катание, не знаю, синхронное плавание. Мы мило болтаемся в своих объектах, не зная, в общем-то, что как будто бы происходит во всём мире.

    Правда, мы часто футбол отделяем вообще от всего спорта. И для меня (я это часто говорю) есть футбол, а есть спорт, то есть это как бы два разных понятия. И принципы, которыми живут в футболе, зачастую вообще никак не соотносятся с остальными видами спорта. Почему? Опять же я не защищаю здесь Мутко. Я говорю, как тяжело работать министром спорта. У нас вообще надо делать отдельное министерство по футболу.

    В.КАРПОВ: Вы сейчас серьёзно? Мы же из этого новость сделаем.

    С.ЖУРОВА: Нет. Я, конечно, пошутила. Но то, что там работают абсолютно другие принципы и управления, и финансирования, и подходов, чем в других видах спорта, абсолютно точно.

    В.КАРПОВ: Ну что же, давайте ещё один звонок примем. 73-73-948. Слушаем вас. Алло. Здравствуйте.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Это радиостанция «Говорит Москва»?

    В.КАРПОВ: Да, вы в эфире. Как вас зовут?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Меня Тимур зовут. Вот вы про себя говорите на соревнованиях. А почему вы рассматриваете, именно когда про мусульман говорят только в негативном плане? Смотрите, то же самое в России есть. Например, баскетболисток заставляют одевать форму облегающую. А если она не хочет выглядеть, грубо говоря, как проститутка, ей что, из баскетбола уходить? То же самое есть, только в другом отношении — противоположном. Но никто об этом не говорит.

    В.КАРПОВ: Спасибо, принимается.

    С.ЖУРОВА: Я думаю, что тут есть правила спортивных соревнований. Я не знаю, есть ли в баскетболе облегающая форма и кто-то должен именно облегающую одевать.

    В.КАРПОВ: В данном случае вы вызывающе выглядите.

    С.ЖУРОВА: Я могу сказать, что, конечно, тогда можно дойти до того, что в принципе женщинам заниматься спортом нельзя, потому что отчасти, так или иначе, если она хотя бы минимально раздета, то уже ей заниматься нельзя. Кстати, на самом деле это и было причиной того, что женщины в олимпийском движении оказались не с самого начала. Потому что позапрошлый век — 120 лет назад мы олимпизму в этом году справляем — в общем, женщины не допускались примерно по этой же причине. И первые два вида спорта, в которые женщины допустились…

    Я всё время задаю этот вопрос школьникам. И как бы наводящими вопросами говорю: «А как вы считаете, почему 120 лет назад женщины не были вовлечены в спорт?» Как раз это причины — потому что были устои, были нравы. И конечно, женщина раздеться не могла. И было только два вида спорта, в которых первыми женщины участвовали. Это был гольф и теннис. Женщины играли в одежде, полностью одетые, только руки были видны.

    В.КАРПОВ: Не в тех платьицах, в которых они выступают сейчас.

    С.ЖУРОВА: Причём самое интересное, заметьте, если говорить опять же про Иран: в принципе, наши девушки в футбол сейчас играют примерно так, как 120 лет первые женщины играли в спорте, вообще занимались спортом и были допущены к нему. Только в таком виде.

    Знаете, тут процесс какой-то идёт. Да, женщины стали более раскрепощёнными. Вопрос, правильно или нет — это вопрос, кстати, религии. Мне, например, с видом спорта отчасти повезло. Мы и открытые, и закрытые — у нас комбинезон такой тоже облегающий, но при этом всё закрыто. Но гимнастики, синхронное плавание, просто плавание — достаточно откровенно, в общем-то, девушки раздеты.

    В.КАРПОВ: 812-й уже на эту тему написал: «Обтягивающий костюм конькобежки ещё хуже, чем оголённые части тела». Ладно, хорошо.

    Голосование. 17% наших слушателей поддерживают наших футболисток и полагают, что ничего в этом страшного нет. При этом 83% скорее говорят о том, что нужно действительно с этим как-то бороться.

    С.ЖУРОВА: Вы знаете, просто тут дело в том, что… Вот в чём ящик Пандоры открыт? Почему в Иране надо обязательно одевать хиджаб, а почему тогда не заставить иранских спортсменок, которые приезжают в Европу, в Америку или к нам в страну, снимать этот хиджаб?

    В.КАРПОВ: Непременно раздеваться.

    С.ЖУРОВА: Потому что у нас, например, нет этих правил, и мы считаем, что это нарушение какое-то, к примеру. Знаете, это такая очень сложная тема, поэтому она и не поднималась раньше. Но в то же время ведь заметьте, многие говорят про эту новость, что вообще женщины в принципе в Иране выступают, даже в хиджабах. Это уже огромное достижение в праве женщин на спорт. У них вообще этого не было. Поэтому если мы говорим про шаги, вот такие маленькие, как 120 лет назад, одетая женщина занималась спортом и дошла до того, что сейчас она уже в купальнике выступает…

    В.КАРПОВ: И в обтягивающем костюме тоже.

    С.ЖУРОВА: Да, и в обтягивающем костюме. Может быть, когда-то и какие-то мусульманские принципы, в том числе к одежде и в принципе к подходу к женщине, будут пересмотрены. Я не знаю.

    В.КАРПОВ: Хорошо, ещё одна тема, которую я хотел бы обсудить со Светланой Журовой, первым заместителем председателя комитета Госдумы по международным делам, — это выборы в Соединённых Штатах Америки. Наверняка вы за ними пристально наблюдаете. Наверняка у вас есть свои любимчики в этой гонке предвыборной. Ну, тут вариантов всего два — или Хиллари Клинтон, или Дональд Трамп. На сегодня кто у вас в фаворитах?

    С.ЖУРОВА: Вы знаете, самое удивительное, что я бы, наверное, не сказала, кто именно. Единственное, чем мне импонирует Трамп — тем, что, наверное, первый раз я вижу политика, который говорит то, что думает. Вот это удивительная вещь. Это, наверное, для всех…

    В.КАРПОВ: В том числе и сексистские вещи говорит.

    С.ЖУРОВА: Вообще всё. То, что другой человек подумает: «Ой, подождите, я не могу это говорить, потому что избирателям не понравится, вот этой части. Значит, я должен говорить так нейтрально, чтобы всем понравиться, чтобы быть всем хорошим, чтобы всем красиво улыбаться». Наверное, Трамп взорвал некое пространство выборных этих всех технологий, когда он просто говорит то, что думает. Но у Клинтон есть свои плюсы. Да, она женщина.

    В.КАРПОВ: Не уверен, что это плюс. Ну неважно, хорошо

    С.ЖУРОВА: Да, наконец хотелось бы, чтобы женщина стала президентом такой страны. У неё есть муж, который, кстати, достаточно позитивно всегда относился к России. И вот здесь есть тоже надежда, что если изберётся Клинтон, то риторика её предвыборных разговоров сейчас вдруг изменится после того, как она уже изберётся.

    Но вообще я была при мнении одном: выбирать народу Америку. И что бы мы ни говорили, каждый из нас, какого президента мы не хотели бы видеть или поддерживали бы, в любом случае будут выбирать люди. И их выбор мы должны будем принять и, в общем, признать, что они выбрали того президента, который им нужен. А кто там кому симпатизирует… У них там сейчас 50 на 50 практически, 9 пунктов Клинтон выигрывает по дебатам. Но сам факт остаётся фактом.

    Что мне не нравится? То, что вчера наших наблюдателей отстранили от того, чтобы наблюдать за выборами в Америке. Вот это странный факт, такой «демократический» жест той стороны. По какой причине? Не знаю. Может быть, они в наших наблюдателях видят каких-то шпионов, или они боятся, что что-то мы там увидим, что напишем в докладе не так, как надо. Очень странно. Мне кажется, что выборы уж в Америке всегда проходят демократично и фальсификаций там быть не может. И чтобы мы лишний раз это подтвердили, именно наша сторона. Ну, это странно. Скорее всего, наша поддержка и была бы. Что, тогда там будет что-то такое, что русские не должны увидеть? Вот очень странный шаг со стороны Америки.

    Или это просто политический жест — продемонстрировать: «Раз уж мы говорим про элементы холодной войны, так давайте будем последовательными. Значит, и русских наблюдателей мы не пустим». Тогда мне очень интересно посмотреть, как не будут пускать русских наблюдателей, которые входят в разные международные организации, которые допускаются на выборы, и в составе этих делегаций они, например, приедут. Понятно, они в финале не являются ключевыми и не подписывают документы, делая какие-то выводы. Ну, они могут, конечно, комментировать, может быть. Официальные документы они писать не будут, но они могут приехать. И вот интересно — по ним будут даны какие-то указания, чтобы они не были допущены тотально ни в одной организации?

    В.КАРПОВ: Комитет уже заявление готовит по этому поводу?

    С.ЖУРОВА: Ну, это новость только вчерашней ночи, поэтому мы ещё не собирались. Мы будем собираться на следующей неделе. Возможно, как-то мы это обсудим. Потому что у нас слишком обращений. Мы буквально недавно делали по Кубе. У нас много ратификаций. Я не думаю, что там принципиальный какой-то вопрос. Хотя всё может быть. В общем-то, наш ЦИК в недоумении, потому что эта новость буквально горячая очень.

    В.КАРПОВ: Что касается заявлений возможных, которые должны прозвучать со стороны комитета по международным делам. Вот та декларация с обвинениями в адрес Союза Советских Социалистических Республик, который развязал Вторую мировую войну, — это то, что принято в Верховной Раде Украине, то, что принято в Сейме Польши. И ещё должны в Литве аналогичную декларацию принять. Как-то реагировать намерены?

    С.ЖУРОВА: Ой, вы знаете, мне хочется вспомнить анекдот детский. Уж простите, что я буду сейчас шутить на такую хорошую серьёзную тему. Школьников учительница спрашивает: «Ребята, а кто виноват, что мы так плохо живём?» Вовочка тянет руку, но учительница подразумевает, что Вовочка сейчас что-нибудь ляпнет, и говорит: «Ну ладно, Вовочка, давай». Он говорит: «Пётр Первый». Она говорит: «Почему Пётр Первый?» — «Ну, если бы он тогда шведов не разбил, мы бы сейчас в Швеции жили». Поэтому давайте теперь обвинять в том, что мы плохо живём, потому что когда-то Пётр Первый разбил шведов, и потому что все события, которые были тогда, уже теперь приписывать России как правопреемнику Советского Союза.

    Поэтому в этом отношении я пытаюсь понять, как связь здесь видят. Но они, видимо, видят связь именно через Путина только. «Не было бы Путина — возможно, этих вопросов бы не стояло». Это тоже странно. Если мы говорим об исторической справедливости, то тогда почему от личности руководителя той или иной страны в данный момент времени зависит эта историческая справедливость? Поэтому я вижу, что здесь это связано только с личностью президента и той ситуацией, в которой мы сейчас находимся.

    В.КАРПОВ: То есть своих ответов каких-то пока не намерены готовить?

    С.ЖУРОВА: Я думаю, что выборочно, конечно, какие-то депутаты будут это комментировать. Но опять же говорю, эта новость такая очень горячая, надо как-то проанализировать, что там будет.

    В.КАРПОВ: Осознать.

    С.ЖУРОВА: Да, осознать. Потому что всё-таки в дипломатии, я считаю, реакция не всегда очень быстрая — важная, вернее правильная. Надо как-то всё-таки осознавать. Потому что бывает, что кто-нибудь что-нибудь ляпнет такое, что потом очень… Ну, как бы кнопку не нажал кто.

    В.КАРПОВ: С нами первый заместитель председателя комитета Госдумы по международным делам Светлана Журова. Остаётся буквально две минуты. И эти две минуты я выделяю на то, чтобы слушатели имели возможность задать свои вопросы. 73-73-948. Слушаем вас. Алло. Здравствуйте.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Алло. Здравствуйте.

    В.КАРПОВ: Да, вы в эфире, пожалуйста.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Юрий. Я вообще-то за то, чтобы в Америке была женщина-президент. В Германии женщина-президент — это же хорошо?

    В.КАРПОВ: Канцлер только.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Вот и России тоже надо женщину-президента. Россия — женский род.

    В.КАРПОВ: Хорошо, принимается.

    С.ЖУРОВА: Вы знаете, интересное предложение, спасибо. Я тоже в этом контексте говорила, что как бы не пришло к тому, что…

    В.КАРПОВ: Хотите Путина подсидеть?

    С.ЖУРОВА: Нет, подсидеть Путина я не собираюсь. Смотрите, действительно вот эта последовательность. У нас ещё есть несколько президентов, в том числе латиноамериканских стран…

    В.КАРПОВ: В Бразилии была.

    С.ЖУРОВА: Была, да. Ну, в каких-то странах ещё остаются президенты. И основные державы, будем говорить… Сейчас Германия названа и Америка, если будет Клинтон. И вроде как, наверное, правильнее, что Россия как держава здесь будет тоже с женским лицом. Да, есть такая теория. Кстати, если кто-то заметил, такие предложения недавно ещё поступали: а может, это будет Валентина Ивановна Матвиенко, например, или такого уровня политик. Типа «женский клуб» — женщины договорятся друг с другом. И возможно, даже Клинтон, если будет говорить не с мужчиной, она изменит риторику своего отношения к России. Поэтому возможно, как вариант. Но мы не должны идти на поводу у других, кто нам диктует условия.

    В.КАРПОВ: Хорошо. Последний звонок коротко. 73-73-948. Слушаем вас. Алло. Здравствуйте.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Алло. Здравствуйте.

    В.КАРПОВ: Здравствуйте. Очень коротко, если можно.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да, десять секунд. Смотрите, я наблюдаю некую преемственность и аналогию в США. Допустим, там старший Буш, младший Буш, семья Клинтон. Так же и у нас, допустим: Путин, Путин, Медведев, Путин, Путин. Не кажется ли вам, что мы, скажем так, управляемся одним человеком и не очень хотим, чтобы был Трамп? Вот у меня ощущение, что наоборот — Россия против Трампа. Спасибо.

    С.ЖУРОВА: Я думаю, что всё-таки… Опять же настаивать буду на том, что кого выберет Америка. И даже знаете, я правда сейчас не берусь сказать, кого она выберет. Правда. Вот такая ситуация. Сказав про такую харизматичную, необычную личность Трампа, ворвавшегося в выборную ситуацию в Америке, причём неподвластного ни республиканцам уже, никому другому… Это импонирует людям, возможно. Может быть, им это нужно. Странно, но это факт.

    В.КАРПОВ: Будем подождать.

    С.ЖУРОВА: Да, будем подождать, точно.

    В.КАРПОВ: С нами была Светлана Журова, первый заместитель председателя комитета Госдумы по международным делам. Спасибо, Светлана Сергеевна. Приходите ещё.

    С.ЖУРОВА: Спасибо.

    Версия для печати

Связь с эфиром


Сообщение отправлено
Система Orphus